Андрей Ярошевич

БЕЛАРУСЬ

Chrysalis Mag поговорили с белорусским художником Андреем Ярошевичем о вдохновении, выставках и фидбеках от зрителей.

«Ты либо художник либо нет, а начинать заниматься искусством с расчётом на то, что у тебя будет какая-то карьера, мягко скажем, идея утопическая». 

 

SONY DSC

ПОДЕЛИТЬСЯ:

 Начало карьеры художника

– Начнем с того, что у художника нет карьеры, то есть ты либо художник либо нет, а начинать заниматься искусством с расчётом на то, что у тебя будет какая-то карьера, мягко скажем, идея утопическая, поэтому вопрос о «карьере» ко мне не относится. А так, я рисовал всю жизнь. Сколько себя помню, а это, наверное, лет с четырех. Потом все как-то пошло по накатанной: художественная школа, колледж, академия.


О вдохновении

– Я вдохновляюсь всем подряд. Даже не могу придумать, чем можно не вдохновляться! А вообще, может, это будет банально и по моим графическим работам не совсем очевидно, но в первую очередь я вдохновляюсь всё-таки природой во всех её проявлениях. Это природа не только как деревья, травка и всё остальное, а еще природа человека, взаимоотношений. То есть совокупность того, что происходит вокруг, находит какой-то отклик и в конечном итоге во что-то перерабатывается.

 

Центральная тема 

– Думаю, что у меня нет какой-то определенной центральной темы. Но как я осознаю творчество. Это определенный способ общения с миром, поэтому было бы, наверное, странно всю жизнь общаться с миром на одну и ту же тему. Конечно же, есть вопросы, которые интересуют больше или которые интересуют меньше, но такой параноидной идеи преследования одной темы на протяжении всего творческого процесса у меня нет. И, надеюсь, никогда не будет! Меня даже иногда обескураживают вопросы зрителей, которые говорят что-то в духе: «Ты свои гравюры делаешь вот так, а в литографии ты уже другой, и это плохо». Лично я не понимаю, как на протяжении многих лет можно рисовать одно и тоже. Для меня скорее это плохо. И то же самое касается темы. Например, последние пару лет у меня просматривается общая тема, которую можно обозначить «Животное в человеке и человеческое животном». Ну опять же, она всплывает, потом уходит куда-то на дно, получает другие ответвления, но такого прямого  пути в теме у меня сейчас нет. Не знаю, будет или не будет в будущем, но на данный момент ощущение, что не будет.

 

SONY DSC

Художники-идеалы

– Идеалов у меня не было. Это все потому что мне нравится искусство, которое заканчивается где-то на уровне средних веков, а это, как правило, авторы-анонимы или люди, о которых мы ничего не знаем, а равняться на таких людей — глупо. Может они были уродами моральными, а равняться на них как-то странно, поэтому нет. Однако у всех есть, чему поучиться. Даже у самого, с точки зрения жизни, безнадежного человека можно что-то перенять. Плохое или хорошее – это не важно, но каждый обладает таким пунктиком, на который можно посмотреть и восхититься. Поэтому смотрю всё по возможности. Конечно, если у меня отторжение на визуальном этапе, то дальше я уже не лезу, но в принципе плавают по поверхности всего.

 

Выставки 

– Последняя моя персональная выставка была во Вроцлаве. Возможно, это было год или два назад. А запомнилась она тем, что, в первую очередь, это было легко: меня позвали, я с пачкой работ приехал, мы оформили экспозицию, выставили, я пообщался с людьми на открытии и уехал домой. То есть это была самая легкая и не ресурсозатратная выставка из тех, что у меня были. И это все при условии того, что мне пришлось ехать в другую страну. И вот по ощущению простоты всего происходящего она мне запомнилась. А это для меня важно. Потому что, к сожалению, в реальной жизни сделать выставку сложно. Это даже не столько энергия на организацию, сколько определенные финансовые ресурсы, которые необходимо вылить куда-то в пустоту, и, честно говоря, мне, наверное, в принципе лень заниматься какими-то выставками, поэтому я какой-то такой пассивный художник. Естественно, мои работы попадают на групповые выставки, но они, как и сама выставочная работа, не вызывают у меня такого трепета. И я для себя это осознал.

Почему? Потому что у нас, к сожалению или к счастью, есть интернет и социальные сети, поэтому я завёл себе привычку всё, что я рисую, сразу выкладывать в Facebook, Instagram и на свой сайт. И, когда ты в течение суток-двух можешь показать людям то, что ты сделал, то ты получаешь какое-то эмоциональное удовлетворение, что я уже всё сказал. А если дальше совершать какие-то действия, то возникает чувство повтора.

То есть, безусловно, та графика, которой занимаюсь я, в первую очередь требует просмотра вживую, потому что фактура бумаги, качество краски —  это те вещи, которые нельзя передать через манитор, а они нужны и важны. Люди, которые видят живьем работу, говорят, что на экране смартфона она не такая, как в жизни. Но ощущение после публикации в сетях как-то успокаивает, и нет желания дальше суетиться и организовывать выставки.

Но это сейчас. Я ничего не воспринимаю как постоянную величину, и не будет ничего удивительного, если завтра-послезавтра все изменится, и я буду говорить все с точностью наоборот. Просто считаю, что каждый должен заниматься своим делом и для меня, как человека, который занимается творчеством, лучшее дело — это им и заниматься, а не другими вопросами. 

SONY DSC

О фидбеках 

– Был определенный период, когда в моих работах люди просматривали такой излишний эротизм. И были даже ситуации, когда для перестраховки не брали эти работы на выставки, хотя изначально они туда попадали. Но это как бы тема прошлого, поэтому мне не особо интересно об этом рассказывать. Факт в том, что в нашей стране, в 21 веке, изображение каких-то обнаженных фигур, даже не реалистичных, а стилизованных, считается не совсем нормальным. Даже в Советском союзе поставить в городе скульптуру обнаженной девушки — было возможно. По крайней мере, такие существуют. Сейчас же, если сделать тоже самое, то это вызовет ряд вопросов.

Я рисую, в общем-то, вещи не порнографические, а скорее, как я назвал это для себя, «ритуальный эротизм», потому что мои работы скорее о смыслах, чем о физических процессах. И вот, когда ты показываешь все это, и сталкиваешься с такой реакцией зрителя вроде: «А, смотрите, он письку нарисовал». Это серьезно характеризует общество. В тот момент я понял, что не хотел бы «нравится» тем людям, которые меня окружают сейчас. То есть популярность в плане именно принятия того, что я делаю. Для меня это стало таким пунктиком «если публика принимает, то я делаю что-то плохо». Потому что если люди имеют такие базовые установки, то быть для них хорошим художником — это уже не очень. И вот это вызвало у меня не то чтобы шок (шок у меня мало что вызывает), но я для себя понял с кем я вообще живу. При том, что меня окружают очень много замечательных людей, но общая тенденция вот такая есть. Люди даже сейчас не готовы воспринимать какие то проявления эротического искусства в публичном пространстве. Им, может быть, это и нравится в частном порядке. И даже много раз среди покупателей я замечал, что они приходят, охают и ахают, говорят всякие хорошие слова, а потом идет такая маленькая оговорка «но я не могу это повесить дома, ко мне же люди ходят». Фактически, люди сознаются в том, что они стесняются своих вкусов. Они стесняются того, какими они являются на самом деле. И вот это вечное надевание масок – один из объектов моего некого социологического исследования.

SONY DSC

Еще меня достаточно сильно интересует тема интерпретации и восприятия текста. И вот, последние лет 5 я рисую небольшие скетчи, которые отражают моменты из жизни, цепляющие больше всего. Это я, по традиции, выкладываю. И вот появилась уже категория людей, которой не важно, какой я графикой занимаюсь. Некоторые могут быть даже подписаны на меня на протяжении нескольких лет и не знать, что я художник. Они воспринимают меня как какого-то парня с Facebook, который рисует вот эти ежедневные картинки. А в них я работаю именно с текстом. То есть для зрителя внешне они выглядят как полнейшая развлекаловка, но это все немножко более серьезнее и продуманнее. В каком-то смысле это социальное исследование, потому что я хочу понять что это за люди, с которыми я живу, поэтому я наблюдаю за реакцией. Много интересного, странного. И вот что меня шокировало: люди не способны воспринимать информацию нейтрально. Они всегда стремятся дать ей эмоциональную оценку. Были моменты, когда я нарочито пытался доносить информацию «вот, происходило то, то и то». Не получается! Люди все равно говорят, что я расстроен или  я рад, или что-нибудь ещё... Но самое интересное, когда начинаются советы, как сделать так, чтоб этого больше не повторилось. И вот ощущение того, что люди не готовы воспринимать событие просто как событие, а им нужно обязательно как собачкам Павлова на все реагировать, меня впечатляет. 

И еще одно. Однако это уже, наверное, проблема моего восприятия. Когда я говорю о каких-то серьезных вещах, люди просто ржут. То есть мне невозможно затронуть серьезную тему. Потому что всем кажется, что я какой-то «ах, лишь бы поржать». 

Если говорить про личный фитбек, то в галерее Ў проходил «ProПрынт». И вот такие вещи ценны тем, что ты смотришь на реакцию зрителя целый день. Тут все поделилось 50 на 50. Половина высказывает, как все «красиво», как это их обогащает и как здорово, что они увидели это все живьем, что вот «они видели картинки в интернете, а в жизни это совершенно не так». Наверное, да, приятно. А вторая половина людей — те, кто не стесняются высказывать всё, что они думают. И вот самое классическое, наверное, это «что это за фигня вообще нарисована” или же было такое, что подошли и сказали «даже когда у меня очень глубокая депрессия, я такой фигни не нарисую». А один мужчина как-то подошел, долго смотрел с серьезным лицом, потом спросил «как вы вообще после этого живете?» и ушел. Эти реакции тоже ценные. Понятно, что у каждого свой зритель и это нормально, но тоже заставляет о чем-то задуматься, потому что взгляд со стороны заставляет посмотреть иначе на то, что ты делаешь, возможно еще больше углубиться в этом, чтоб человеческое негодование было более выражено.

Текст и интервью: Полина Юргенсон

 

Биография:
Андрей родился в 1984 г. в Минске. В данный момент — мастер-печатник и преподаватель кафедры графики Белорусской государственной академии искусств (Минск, Беларусь).

Член Белорусского Союза художников.

Работы находятся в коллекции Музея современного изобразительного искусства (Минск, Беларусь), частных коллекциях Польши, Швеции, США, России, Великобритании, Латвии, Германии, ОАЭ, Беларуси.

Образование:
1991 – 2000 — учился в художественной школе-лицее №26 г. Минска

2000 – 2003 — учащийся в Учебном комплексе гимназии-колледже искусств на отделении «Дизайн»

2003 – 2009 — студент Белорусской государственной академии искусств (кафедра графики)

2012 – 2017 — сотрудничает с мастером-печатником Дмитрием Васильевичем Молотковым.

 

Все изображения и биография взяты с официального сайта художника и защищены авторским правом.

Site
Instagram
Facebook 

 

Перепечатка материала возможна только с разрешения редакции.

Текст и интервью: Полина Юргенсон

32.страчаны рай
SONY DSC
SONY DSC
36.наперадзе
SONY DSC
SONY DSC
SONY DSC
SONY DSC
SONY DSC
SONY DSC
SONY DSC
SONY DSC
SONY DSC
SONY DSC

ПОДЕЛИТЬСЯ:

 

 

О ПРОЕКТЕ 

 

СЛЕДИТЕ ЗА НАМИ 

INSTAGRAM

TELEGRAM

FACEBOOK 

YOUTUBE

 

© Chrysalis Mag, 2018-2020 
Использование материалов или фрагментов материалов
возможно только с письменного разрешения редакции.